Похороны без вреда для планеты: «Зеленые» ритуалы приходят в Россию

Рост населения планеты создает колоссальную нагрузку на окружающую среду, и кладбища — важная часть этой проблемы. Аналитики Green Burial Council подсчитали, что ежегодно вместе с телами в землю попадает десятки тысяч кубометров древесины, более 3 миллионов литров формальдегида, более 100 миллионов тонн стали и миллиарды тонн бетона. Но главная проблема, официально признанная и в России — бесконечное расширение площади захоронений и сложности с поиском новых участков для кладбищ вблизи населенных пунктов.

Решить существенную часть этих проблем можно уже сейчас, если начать менять культуру похорон — убежден эксперт в ритуальном деле Олег Прокофичев. Его подход к трансформации отрасли уже получил высокую оценку делового сообщества: в 2025 году Олег Прокофичев стал победителем престижного конкурса «Предприниматель года», а также вошел в состав Ассоциации деятелей культуры и бизнеса «Я Лидер» (АДКБ). Он предлагает использовать идеи так называемых «зеленых» захоронений.

За рубежом эти практики уже оформилась в устойчивое движение, в России тренд только развивается — во многом благодаря энтузиастам. Несколько лет назад, когда российский ритуальный бизнес еще не задумывался о влиянии кладбищ на экологию, Прокофичев начал использовать технологии экологичных похорон в Амурской области.

Суть их проста: минимизировать вред природе и исключить все, что мешает телу вернуться в почву. В некоторых странах, например, покойного заворачивают в саван. В России хоронить тело без гроба запрещено по закону. Но интерес к экологичным ритуалам прощания в последние годы растет, по словам эксперта, особенно среди людей 30−45 лет, для которых экологичность — часть образа жизни. Реже за услугой «зеленых» похорон обращаются представители более старшего поколения, для них это скорее связь с традициями.

Изучив зарубежный опыт, Олег адаптировал его под российские реалии — разработал решения, позволяющие сохранить баланс между законом и стремлением людей минимизировать воздействие на природу. В первую очередь, предложил отказаться от токсичного формальдегида при бальзамировании, заменив его составами на основе натуральных экстрактов, а также — от неразлагаемых материалов: вместо пластиковых гробов использовать исключительно деревянные — без обработки токсичными лаками, без металла и синтетической обивки внутри.

«В России очень сильна духовная мотивация. Многие семьи выбирают эко похороны для сохранения связи с природой, которые подчеркивают естественный цикл жизни и смерти. Например, захоронения без гробов были в традиции народов Дальнего Востока и в Сибири. Для меня в этой услуге важна возможность изменить отношение к смерти — сделать его уважительным к Земле и живущим», — объясняет эксперт.

Однако главная проблема, которую, по его словам, способны решить «зеленые» технологии, — критический дефицит кладбищ, о котором регулярно говорят представители региональной и федеральной власти. Эту проблему он детально изучает на протяжении многих лет не только в качестве главы ритуальной компании, ставшей под его руководством одним из признанных лидеров отрасли в Амурской области, но и исследуя болевые точки в других регионах. Так в Туле, например, из 75 кладбищ продолжают действовать лишь 14. Повторно использовать могилу, по закону, можно через 15−30 лет в зависимости от региона. Правило вызвано требованиями санитарной безопасности: за этот срок тело полностью разлагается. Экотехнологии, говорит эксперт, могут сократить срок в два раза, а значит позволяют использовать земли рациональнее.

Так, вместе с отказом от синтетических материалов он предлагает вместо бетонных плит и металлических оград, которые навсегда «запечатывают» участок земли, высаживать на могилах деревья. В Амурской области это дубы или яблони. Такой подход решает еще одну острую проблему отрасли — оставленные могилы. В Москве, например, по приблизительным подсчетам, заброшенные могилы составляют 37% от территорий кладбищ.

Но проблема актуальна и для семей, которые просто уехали из родных городов. Уход за «живыми надгробиями» в первые годы берет на себя его ритуальная служба и предоставляет родственникам фотоотчеты. Такое решение превращает кладбища из череды заборов и надгробий в озелененное общественное пространство позволяет размещать больше захоронений на единицу площади. Подобные «лесные кладбища» есть, например, в странах с похожими климатическими условиями — Канаде и Великобритании.

«Экологичные похороны не решат проблему дефицита кладбищ мгновенно, но они могут значительно снизить темпы ее роста — сделать использование земли более рациональным и превратить кладбища из „каменных полей“ в зеленые мемориальные парки, которые живут вместе с городом, а не против него», — объясняет Олег Прокофичев.

Интерес к «зеленым» захоронениям в России, считает он, — лишь начало более глубоких перемен, которые требуются ритуальной сфере страны. Активная роль Олега Пракофичева в Ассоциации «Я Лидер», объединяющей выдающихся представителей российского предпринимательского сообщества и признанных экспертов рынка, позволяет транслировать эти идеи на федеральный уровень.

В профессиональном сообществе уже обсуждаются идеи создания мемориальных рощ и специализированных участков под биоразлагаемые захоронения. Опыт, накопленный в Амурской области, вызывает живой интерес у коллег из других регионов. Он убежден, что главная культурная трансформация, которую несут экологичные похороны, — отказ от идеи «вечной» могилы в пользу естественного возвращения в круг жизни. Тогда захоронение становится живым пространством памяти и открывает путь к цивилизованной ротации кладбищ — с заботой и о человеке, и о природе.